«Нужно развиваться, шлифовать, доводить до идеала…» (Екатерина Ганина)

Наш собеседник — актриса Севастопольского ТЮЗа Екатерина Ганина

…Я на Катю Ганину смотрел так, как лорд Генри Сент-Джон, виконт Болингброк в «Стакане воды» Э. Скриба смотрел на юную продавщицу из ювелирной лавки мисс Абигайль Черчилль, отмечая в своей собеседнице и еще почти детскую непосредственность, и упрямство, и непреклонную решимость бороться за свое счастье и дойти в жизни до самых завидных высот.

Хрупкая, маленькая, с огромными — во все лицо — глазами и чудесной улыбкой. Никакой рисовки. Никакого желания «впечатлить» — прекрасный разговор, часто прерываемый шутками и смехом, очень простой и бесхитростный…

Севастопольский ТЮЗ выдал премьеру — «Асю» по повести Ивана Сергеевича Тургенева. Вот с актрисой, которая сыграла Асю, мы и беседуем.

— Уж простите, но не придумал ничего лучше, поэтому задаю самый банальный вопрос: как вас судьба привела на сцену?

— Мечта детства. Даже не скажу вам, с какого возраста я совершенно ясно поняла, что мое будущее — театральная сцена. Очень рано это ко мне пришло.

— Ой, кажется, все маленькие девочки видят себя либо певицами, либо актрисами…

— Да, но потом они учатся на бухгалтеров или юристов (Смеется). У меня все было серьезно! Я занималась танцами, а в двенадцать лет пошла в театральную студию в моем родном Новокузнецке. Это, надо сказать, хорошая школа была. А потом я, не сворачивая с пути, поступила в Иркутское театральное училище. Все было сделано с маминой поддержкой. Если бы она меня не поддержала, ничего и никогда у меня бы не получилось. А вот бабушек пришлось долго убеждать.

— И что, обошлось все так славно, плавно и ровно, без попытки взять штурмом Москву?

— Мне пятнадцать лет было, мы с мамой поехали в Москву, я поступала в колледж Олега Павловича Табакова. До этого я удачно прошла прослушивание, в Москву пригласили уже на первый тур. Там я и свалилась. Это была трагедия, казалось, что жизнь моя на этом закончилась, и мой удел — труд уборщицы. Мама меня успокоила: «Попробуем в Иркутске». Там все получилось хорошо. (Смеется).

— Ну хорошо: Новокузнецк, Иркутск… Как в этом ряду возник Севастополь?

— Честно говоря, практически случайно. Я рассылала резюме…и вот… Звали в разные города. Но захотелось в тепло! В красивый город у красивого моря. (Смеется). Тем более, что мне еще и обещали интересную работу.

— Надеюсь, не обманули с этим?

— Нет! Работа очень интересная!

— А с жильем, конечно, проблемы…

— Ну… Как у всех приезжих… Я уже тут много адресов поменяла. Если честно, дороговато.

— И давно в Севастополе?

— Второй год. Сразу в ТЮЗе. Я жаловаться не буду: да, бывает и густо, и пусто, но это мой выбор. Я никаких особых иллюзий и феерических грёз относительно профессии еще в детстве не питала и знала, на что иду, выбирая сцену. Может, потому что студия наша была при театре, и взрослые актеры нам рассказывали, к чему надо быть готовым. Да и сами мы крутились за кулисами: и видели, и слышали, и понимали многое. Не отпугнуло.

Я заметила, что все, кто приходит учиться актерскому мастерству с установкой «Хочу быть звездой!», как-то быстро гаснут и уходят. Это работа, а не хобби. Труд, а не развлечение. Не все понимают. Вместо бесконечных репетиций, исканий, сомнений, поисков, тревог — ждут триумфа. Легко и сразу. А этого не было и не будет. Но есть для актеров совершенно исключительные моменты. Это поймет лишь тот, кто пережил. Выходишь после спектакля к зрителям — и видишь их счастливые лица… Пафосно звучит? Но на самом деле все именно так и есть.

— Вот вы говорите, что второй год в ТЮЗе. Что уже успели сыграть?

— Из главных ролей — Снегурочка в сказке «День рождения Снегурочки» и сейчас — Ася. Были и маленькие роли, но не слишком много…

— Видимо, играть маленькие или даже большие роли в сказках — не совсем то, что играть классический репертуар? Так как та же «Ася» — это Тургенев, это высокая классика. Особая речь, тонкий психологизм. Акварель, а не фломастер…

— Я хорошо помню свое школьное отношение к этой повести. Может, мне тогда не до конца ясна была тема взаимоотношений героев. Но там изумительный язык, описания природы совершенно неподражаемые — чудесно… Мне самой, наверное, более близок именно классический репертуар, с сильной драматургией…

— Один молодой актер, тоже сыгравший свою первую большую роль, мне на днях сказал, что в премьерных спектаклях справился со своей задачей процентов на шестьдесят, и уверен, что со временем вытянет на все сто. Как у вас? Похоже?

— Знаете, я также думаю и про себя. Я буду расти от спектакля к спектаклю. С определенными задачами я справилась. Теперь нужно развиваться, шлифовать, доводить до идеала. До тургеневских высот. Так, наверное.

— А лично Екатерине Ганиной тургеневская Ася близка? Или это совсем разные люди? В «Луначарском» актер Евгений Овсянников мне примерно так говорил: «Не хочу играть самого себя, хочу играть другого, на меня не похожего».

— Нет, я в жизни совсем другая! Не Ася! Мне эта роль как бы «поперек», «на слом», если только так можно сказать. Хотя… может, какие-то ее черты характера у меня и есть. Но — это все-таки не я. Про нее брат говорит «сумасшедшая», она часто ведет себя, как ребенок, хотя по возрасту как бы барышня… Очень переменчивая… Сложный характер, изломанный, с ускользнувшим счастьем…
Даже если роль в чем-то очень близка актеру, он ее «играет», показывает не себя, а созданный автором и режиссером образ. Это можно сделать плохо, фальшиво. Это можно сделать очень правдиво и хорошо. Во всяком случае, профессионально. Легко в театре ничего не дается.

— Мы говорили с Людмилой Евгеньевной Оршанской, ставившей этот спектакль. Она довольно жестко высказалась: «Актеры не должны сфальшивить, сцена за вранье отомстит». Согласны?

— Конечно! Может, мне было бы сложно играть, но очень повезло с партнерами. Мы оказались на одной волне, работать было комфортно. Я чувствовала поддержку! Спектакль — это работа общая. Кто-то «выпал» из общего стиля, ритма — и дело погибло. У нас не было такого. Людмила Евгеньевна нас очень умело и бережно вела.

— А современным парням легко играть романтических героев середины XIX века?

— Ну они же все-таки актеры! (Смеется). Поначалу нам всем было сложно. Был момент «вхождения» в образ, это в самом деле может быть непросто. Но посильно. Сложность состояла в том, что два актера играли одного персонажа — в разные периоды его жизни. Нужно было показать, что они — один человек. Это трудно словами объяснить. Спектакль видеть надо. Кстати, был на сцене еще один герой, не сказать о котором просто было бы большой несправедливостью. Вальс! Музыка и танец! Прекрасно поработал хореограф из Омска Дмитрий Малёнов.

А как приняли вашу работу зрители?

— Мы же ТЮЗ! На премьеру даже пятиклассники пришли. Думаю, им понравилось — очень культурно себя вели. «Асю», кажется, в классах постарше читают. Вот на этот момент, когда идет наша беседа, мы сыграли «Асю» три раза — дважды 17-го и один раз 18-го ноября. Три раза — полный зал! Спектакль идет полтора часа, без перерыва, даже детям высидеть не так сложно! (Смеется).
Мы же работаем как малая сцена, мы гораздо ближе к зрителю, чем в «большом» театре, и я чувствую, что люди не просто «смотрят», но и думают, чувствуют, сопереживают. Это здорово! Безумно приятно было, когда зрители нас дождались после спектакля, уже у выхода из театра — это мы, уставшие и счастливые, по домам готовы были разойтись, — и благодарили за спектакль! Эта благодарность… Очень меня она окрылила…

— Я банальным вопросом нашу беседу начал, столь же банальным вопросом, уж простите, и закончу: что дальше? Каковы планы?

— Дальше у нас — «Олеся». Это по Александру Ивановичу Куприну. Мне снова чудесным образом повезло — заглавная роль. Помню, в детстве горькие слезы проливала я над этой повестью…

Биография

Екатерина Евгеньевна Ганина родилась 19 августа 1997 года в г. Новокузнецке, Кемеровская обл.

Училась в Иркутском театральном училище.

С июня 2017 года — актриса Севастопольского театра юного зрителя.

Увлекается скалолазанием, посещает тренажерный зал.