«Чтобы показать Херсонес, мы должны были увидеть его сами!» (Алексей Александров)

Наш собеседник — журналист, режиссер, продюсер Алексей Александров

«Здесь нужно создавать русскую, российскую Мекку. Дело не в том, что здесь князь Владимир крестился, а в том, что после этого здесь началось укрепление централизованного российского государства», — эти слова сказал год назад в Херсонесе Президент России Владимир Путин. Заметьте: сам факт крещения Владимира в Херсонесе Путин даже не ставит под вопрос. Внимание главы государства к Севастополю и древнему Херсонесу известно — достаточно только вспомнить, что буквально на днях президент нашел время посетить фестиваль «Опера в Херсонесе», кстати, уже во второй раз.  Для кого-то приведенная выше установка, сформулированная главой государства, может быть, оказалась неожиданной, но не для тех, кто знает Херсонес с детства, кто с самых ранних лет состоит на «херсонесской службе» — в их числе и пишущий эти строки, в их числе и наш сегодняшний собеседник.

Биография:

Алексей Валерьевич Александров родился 30 июля 1985 года в Севастополе.  По образованию — режиссер кино и ТВ. Опыт работы — 18 лет на ТВ (журналист и режиссер); продюсер мероприятий, медиа компаний и информационных агентств.  Женат, воспитывает сына трёх лет.

— И как оно, Алексей, на «херсонесской службе»? Какие задачи перед собой ставили, чего добились?

— Хотелось ответить себе и другим на несколько вопросов: почему князь Владимир крестился именно в Херсонесе, а не в Константинополе, допустим. Каким Владимир увидел Херсонес в 988 году. Каким был Херсонес за тысячу лет до Владимира — когда только зародилось христианство. Чтобы мы — Алексей Александров, Антон Червинский, Вадим Хапаев —  дали эти ответы, потребовалось семь лет напряженного труда. Собрали все сведения, которые могли собрать. Впервые сделали реконструкцию западного оборонительного рубежа — никто эти стены со времени падения Херсонеса не видел и не восстанавливал. Двухэтажные храмы — искали параллели в Салониках, мы там тоже снимали. Такие же колонны, такой же камень … Так сказать, «типовой проект»… Вадим Вадимович Хапаев, лучший, по моему мнению, знаток византийского периода, кандидат исторических наук, доцент филиала МГУ в Севастополе, так и сказал: давайте по аналогии сделаем и покажем. Год только заняли реконструкции. Удалось все сделать благодаря тому, что первые наработки были у самого Вадима Хапаева, он сам по большинству объектов имел ясное представление, «как оно было» и «как они выглядели». При этом он четко мог указать на аналогии в Европе, чтобы добиться максимальной исторической достоверности. Непременно должен быть назван архитектор Игорь Батура, который несколько лет до нашей встречи, в свое свободное время, рисовал и пытался что-то по своему разумению реконструировать. В этом смысле их связка в творческом процессе с Вадимом Хапаевым была залогом успеха проекта. Совершенно ясно: чтобы показать Херсонес, мы должны были увидеть его сами!

— Ну вот и сразу вопрос: насколько правдоподобно?

— Возможно, Вадим Вадимович Хапаев лучше бы ответил на этот вопрос. Во всяком случае должен сказать, что все прорабатывалось детально. На уровне, наверное, таком: если так и не было, то определенно могло быть, ведь это наш вариант реконструкции. Имеем право! Кто не согласен, пусть попробует сделать что-то свое. Мы даем возможность посмотреть на стены, архитектурные детали, колонны, «полетать» вокруг них…

— У меня, когда я смотрел ролики, возникло впечатление какой-то «огромности» Херсонеса…

— Это, вне сомнения, иллюзия. Мы привыкли видеть руины, даже не задумываясь над тем, что мы рассматриваем памятники разных исторических эпох, ведь Херсонес существовал как город около двух тысяч лет… Часть того, что могло было бы сохраниться хотя бы в руинах, уничтожено вообще — допустим, в период Великой Отечественной войны. И Херсонес не был таким уж маленьким! Теперь представьте, что мы видим не развалины, а стены, здания, колонны, статуи, площади, улицы… Все, заметьте, в трехмерном пространстве.  Конечно, перед нами открывались два пути: либо мы признаем, что с исторической и археологической точек зрения многое утрачено или практически не изучено, а значит, сидим спокойно и ничего не делаем, либо мы включаем логику, ищем параллели, аналогии, наибольшие вероятности и оперируем в их пределах. Кажется, второй путь нас в тупик не завел.

— Уже какие-то оценки этих реконструкций  специалистами вам известны?

— Пока могу только сказать о мнениях тех, кто смотрел эти ролики в соцсетях. Хвалят, благодарят за работу. Есть, конечно, и шутки, что все немного похоже на «стрелялки» конца девяностых – начала нулевых годов. Но тут уж кто и что хочет видеть. Можно долго говорить именно о технической стороне работы, но детали подобного рода уведут нас, как говорится, не в ту сторону. Найти нашу работу в Ютубе можно без труда — каждый волен определить свое отношение.

— В этой связи возникает законный вопрос: два ролика есть, не будет ли третьего?

— Да ролики, собственно говоря, «вторичный продукт». Изначально мы все делали для фильма — «Херсонес Великий». Фильм на итоговых этапах монтажа серьезно редактировался, частью отснятого материала, само собой, приходится жертвовать. Так что появление роликов — это следствие того, что в наших архивах осталось большое количество материала, который был отснят, но в фильм по разным причинам не вошел. Кроме того, мы уже после премьеры еще кое-что дорабатывали и доснимали.  Единственная перспектива у всей этой работы дальше — выпуск книги, путеводителя по Херсонесу на основе сделанных нами реконструкций: вот так это выглядит сейчас, вот так оно выглядело (или могло выглядеть) в свое время. Материалы, собственно говоря, собраны. Можно садиться и верстать… Вы прекрасно понимаете, какие проблемы сразу возникают на этапе реализации. Сейчас мы на стадии поиска партнеров в этом проекте.

— Если первоосновой всего был фильм, давайте об этом больше поговорим. Как вы его жанр определяете?

— «Херсонес Великий» — это проект для ТВ, мы его относим к категории документально-постановочных. Нас прежде всего интересовало становление русского христианства. Понятно, что архивов нет, фото и видео, естественно, тоже нет, так что «чистая» документалистика в ее классическом виде, как допустим, у Ромма в «Обыкновенном фашизме», исключена, а наш главный источник — «Повесть временных лет», жития святых, материалы археологических исследований, труды историков и еще ряд разрозненных свидетельств. Огромное чистое поле для логических и исторических реконструкций.  Наша работа в 2011 году началась с того, что нам говорили: «Ребята, о чем вы? Какой там «Херсонес Великий»? Это же Тамбов для Римской империи…» Или так: «Какое там крещение Владимира в Херсонесе? Все это сказки — в Киеве он крестился». Понятно, что такие разговоры сами собой прекратились после 2014 года.  Кстати, должен сказать, что как раз на территории самого Херсонеса проходило не так уж много съемок, так как строительство каких-то сложных декораций нам было совершенно не по карману, это не коммерческий проект, и наш бюджет был чем-то достаточно условным. Нужно было искать локации, реальные натуры. Поехали в Судак, но это совсем не та эпоха. Снимали в Феодосии, в старом городе, и в армянском монастыре Сурб-Хач, фантастическом по своей энергетике месте, где нас принимали весьма душевно. Съемки велись также в пещерном городе Чуфут-Кале.

— Ну хорошо, стену или окно в духе византийского X века найти в Крыму можно. А как со всем остальным?

— Мы оказались везучими. В 2015 году, в наш второй съемочный период (первый — 2013 год), как раз снимался в Крыму фильм «Викинг». Трудно мне давать какие-то оценки, но после съемок было брошено все, оставалось просто идти по следам «Викинга» и собирать. Долгое время по окончании съемок никто не убирал и не разбирал их декорации. Сторожа нам говорили: «Да ради Бога, если что-то нужно — берите!»  И мы имели счастливую возможность получить дармовые бутафорию, реквизит, что нам потом в работе очень пригодилось. Безумно повезло, так как все это приличных денег, видимо, стоило. Потом нам очень помогли те люди, кто на «Викинге» работал на гриме, на костюмах, на кастинге. Так что проблем с накладными шрамами и «кровью» у нас не было. (Смеется). Помощь и поддержку нам оказали неоценимую. Вплоть до того, что у нас были разные претенденты на одну роль!  Я особо хочу сказать, почему обращение к севастопольским истокам, к Херсонесу, к эпохе Владимира Святого и крещения Руси так важны для нас. Севастопольцы получали к этому всему доступ с детства, как говорят, «по праву рождения». Все это было рядом с самых ранних лет. Вы посмотрите, как буквально за последние годы Севастополь разросся. Уже по крымским меркам настоящий мегаполис. Видимо, полмиллиона населения или около того в городе уже есть, и это не предел. Очень много приезжих. Для большинства из них местная история, даже великая, — terra incgnita. А как ЭТО можно не знать? Жить здесь — и не знать? Тем более, что это существенная часть отечественной и всемирной истории. Вот мы и работаем!

В рамках проекта «Интервью в Севастополе» литературного редактора информационного агентства Игоря Азарова