«Общая площадь подземного Севастополя впечатляет…» (Алексей Тихонов)

Наш собеседник — историк Алексей Тихонов

Американский фильм «Взрыв из прошлого» я смотрел давно и помню смутно, но, оказавшись на Большой Морской, залитой еще щедрым сентябрьским солнцем, очень четко ощутил и что такое путешествие по времени, и что такое подземный бункер. Я прошел под землей полкилометра — от площади Суворова.

«Музей защитных подземных сооружений гражданской обороны города Севастополя» («Подземный Севастополь») в этом уникальном по сохранности и размерам бомбоубежище открыли совсем недавно энтузиасты из Автономной некоммерческой организации туристического и культурного развития Севастополя «РАВЕЛИН», которую возглавляет Артем Нуров. Он и помог найти сегодняшнего собеседника — Алексея Тихонова. Без него в этом подземелье, скажу честно, мне было бы ой как не по себе…

— Как родилась идея создания такого необычного музея?

— Прежде всего надо знать, что подземный Севастополь — огромный комплекс разновременных сооружений с историей, уходящей в глубину веков. Общая площадь исследованных сооружений подземного Севастополя впечатляет, это порядка 350 тысяч квадратных метров — огромная цифра! И интерес жителей и гостей города к его подземной части всегда был значительным, как вполне понятна и естественна тяга к всему запретному и неизведанному. При этом, что важно уже само по себе, история подземного Севастополя вплетена в героическую историю обеих оборон. Во время Великой Отечественной войны, когда шла осада города, большое количество людей жило под землей, память об этом сохранена во многих севастопольских семьях, передается в поколениях.

Так что не будет большим преувеличением сказать, что Севастополь жил и надземной, и подземной жизнью. И это все отразилось в огромном количестве городских легенд о подземных ходах, лабиринтах, складах — естественно, с тайнами, ловушками и привидениями.

Прежде всего, это был огромный интерес к тому, что не на виду. Этот интерес — и любительский, и профессиональный — следовало удовлетворить, нам хотелось создать что-то действительно уникальное. Спрос рождает предложение, ведь так?

Потом — наша молодежь. Ее далеко не всегда привлекает, скажем так, «архаичное» музейное пространство. А нам хотелось школьников и студентов удивить, впечатлить и увлечь. Думаю, это удалось: нас охотно посещают школьники, студенты, у нас прекрасно сложились отношения со знаменитым лагерем «Артек» — наши экскурсии ребятам интересны. Я очень внимательно отслеживаю, к чему наши юные посетители проявляют интерес. Ни для кого не секрет, что школьные уроки НВП с занятиями по гражданской обороне, а позже уроки ОБЖ, не были слишком увлекательны, более того, казались чем-то замшелым. А на самом деле это чрезвычайно интересно, если уметь увлечь. Наше подземелье — это же прекрасная база для квестов в жанре Fallout, популярная ролевая игра такая компьютерная, действие которой проходит после ядерной войны в подземных укрытиях, — если знания приходят с игрой, с тем, что действительно удивило и увлекло, эти знания уже не забудутся никогда.

Музей возник тогда, когда благодаря поддержке МЧС, это убежище, ранее засекреченное, стало возможным показывать.

— Я и хотел спросить, а как МЧС к созданию такого необычного музея отнеслось?

— С большим пониманием. Доверили свою экспозицию, проводят и занятия по своей программе тоже. Тема культурно-просветительной работы находит поддержку — в МЧС и у правительства города. Все, что мы зарабатываем, тратится именно на содержание объекта в должном порядке.

Особенно хочется поблагодарить за помощь и поддержку Алексея Викторовича Краснокутского, который курирует мониторинг и предупреждение чрезвычайных ситуаций в ГУ МЧС России по Севастополю и отвечает за мероприятия гражданской обороны. Кстати, он кандидат технических наук, доцент — то есть не только офицер МЧС, полковник, но и серьезный ученый, специалист по техническим рискам. Это все сыграло заметную роль, когда мы вышли на другой, более высокий уровень разговора о том, что такое безопасность города и его жителей, что такое сегодня значит гражданская оборона…

— Меня, кстати, и привлекло, и удивило: в мирное время это музей, но в военное время ваше подземелье «работает» по своему изначальному предназначению.

— Более того, объект, на котором мы находимся, в прекрасном техническом состоянии. Все наша музейная экспозиция носит краткосрочный характер, ее можно убрать за несколько часов. Никаких серьезных изменений внутри, в конструкции помещения мы не производили, да и права такого не имели. Все что мы делаем — мы показываем реальность, какая она есть. Тут есть один нюанс: благодаря деятельности энтузиастов мы можем показывать объект, ну почти идеально сохраненный. Увы, большая часть подобных объектов гражданской обороны выгладит сегодня не лучшим образом. Во всяком случае те, которые я видел. А с этими пространствами, конечно, тоже можно работать. Вообще Севастополь — город, где есть много малодоступных сейчас по тем или иным причинам мест. Это не значит, что мы должны их как-то из своей жизни выключить и забыть про них. Их нужно просто грамотно, четко, в рамках закона использовать. Это еще станет нашим специфическим преимуществом, но со временем — когда руки дойдут.

— Все-таки музей создан для того, чтобы принимать посетителей. Кто к вам ходит? Велик ли людской поток?

— Конечно, мы все-таки не дворец на ЮБК, но желающих нас посетить вовсе не мало. Прежде всего, школьники. У нас регулярно бывают артековцы — не только разных возрастов и национальностей, но даже из разных стран. И у нас есть интересующиеся музеем местные жители, причем взрослые часто ходят как специалисты — пожарные, сотрудники служб гражданской обороны, краеведы. Естественно, глубокое подземелье длиной в полкилометра привлекательно и для туристов. Так что на невнимание к нам мы не жалуемся.

Кстати, мы особо сильно не рекламируемся, потому что нам важно сохранить рейтинг. Качество наших экскурсий должно быть полностью гарантировано. При том, что люди приходят с разными целями — кто-то хочет удовлетворить простое любопытство, кому-то важны ранее неизведанные эмоции (это же настоящий подземный ход!), кому-то важны давние воспоминания, кому-то — новые знания. Это диктует нам свои требования.

Мы не можем здесь говорить, как в картинной галерее: справа — Рафаэль, слева —Рубенс, а дальше — импрессионисты. У нас для каждой аудитории экскурсия превращается в небольшую лекцию общества «Знания», в подземном варианте (Смеется) Кто-то даже сказал «постапокалиптический Дом культуры» — оцените!

Вообще здесь эмоциональная составляющая нашего общения с посетителями очень важна. Именно «погружение» — лучший способ изучения музея, какого-то уникального объекта. Люди должны четко осознать, где и почему они находятся.

— Вот если спросить у вас, так как вы знаете все подземелье и экспозицию: что привлекает больше всего внимание посетителей и что вам кажется самым ценным экспонатом?

— Не смог бы разделить. Самый ценный экспонат — это само убежище, оно и обладает огромной притягательной силой. Хотя бы из-за прекрасной сохранности, из-за того, что все механизмы и прочие устройства тут не муляжи, они надежно работают, хотя им немало лет. Уникальное место. Где-то еще в России подобного объекта просто нет. Точка.

Если грубо разделить, то у наших посетителей можно выделить три направления интересов.

Во-первых, интерес технический: а как оно все устроено? Как фильтруется воздух? Откуда вода? Какова площадь и сколько людей помещается?

Второй — порождает молодежная аудитория. Тут интерес Fallout — подземелье, отрезанное от остального мира. Это понятно, они выросли уже не в эпоху бесконечных учений ГО, а в эпоху компьютерных игр. Им должно быть просто интересно: под землей — это же круто. При этом они узнают много нового.

Ну и интерес научно-популярный. Тут есть и историко-политическая составляющая, есть и вопросы о возможностях выживания человечества в случаях чрезвычайных ситуаций глобального масштаба — в каких-то замкнутых, ограниченных пространствах. И тут сочетаются и технические, и гуманитарные вопросы: например, о психологической совместимости людей, оказавшихся в экстремальных условиях.

Мы исходили именно из того, что должны работать с разной и сложной аудиторией, находить компетентные ответы для всех.

— Вот из этого и следует мой последний вопрос: какие планы? Как намерены далее развиваться?

— Мы хотим создать полноценное многоуровневое культурное городское пространство. В нем будет место для квеста, под который мы отводим часть помещений убежища. Кроме того, будем использовать технологию квеста при создании корпоративных тренингов для крымских и материковых компаний.

Мы также видим растущий интерес городских жителей к научно-популярной тематике. Поэтому очень хотим создать «музей в музее» — настоящую биотехнологическую станцию, которая продемонстрирует возможности и условия долгосрочного выживания человека в замкнутом пространстве: не только в убежище, но и в космическом корабле или на далекой планете.

Конечно, мы будем развивать историко-политическое направление, связанное с тематикой «холодной войны» и проблемами безопасности в современном нам мире.

А еще есть особое направление — культурное. Мы готовы в своем подземелье — площади позволяют — принимать художников, музыкантов, поэтов. Мы не ставим коммерческие цели в развитии культурных пространств. Творческие люди используют наше культурное пространство бесплатно. Но это должно быть оригинальное творчество.

Биография

Алексей Иванович Тихонов родился 13 ноября 1967 года. В 1992 году окончил МГУ, преподавал на историческом факультете университета. Кандидат исторических наук. Специалист по международной экономике и проблемам стран Центральной Азии. Изучал экономику и занимался научными исследованиями в США.

Работал в ряде СМИ — журналах «Профиль», «Смартмани», «Версия».

В настоящее время — руководитель научной и просветительской программы в музее «Подземный Севастополь».

В рамках проекта «Интервью в Севастополе»
литературного редактора информационного агентства
Игоря Азарова