«Стихи себе дорогу проложат, не сомневайтесь» (Ольга Андреева)

Наш собеседник — поэтесса Ольга Андреева

Отец, черноморский военный моряк, судостроитель, хотел, чтобы дочь продолжила его дело. И Ольга поступила в технический вуз, на совершенно «мужской» факультет, избрав специальность «Судовые энергетические установки». Однако в душе ее «установки» были все-таки иные, лирические. В итоге Ольга Андреева стала поэтом. В нашей серии интервью мы с севастопольскими поэтами уже встречались. Говорили с ироничной и мудрой Еленой Проскуряковой, яркими нонконформистами Джоном Барулиным и Андреем Мединским. Ольга Андреева — другая. Поэзия ее мягкая, лиричная, женственная… Разнообразие талантов. Этим и славен наш город.

Биография:

Ольга Валериевна Андреева (Брагина) родилась 16 сентября 1972 года в Севастополе в семье офицера Черноморского флота.  В 1989 году окончила СШ №1 (ныне гимназия).

В 1998 окончила Севастопольский государственный технический университет, кораблестроительный факультет, по специальности «Судовые энергетические установки».

С 2000 — в Союзе журналистов России; три года работала в газете «Флаг Родины».

С 2012 года — в Севастопольском городском литературном объединении им. А.Н Озерова. Член редакционного совета ежегодного альманаха «Литературный Севастополь».  Автор книг «Замок из песка» (2014) и «Гренландия — это Севастополь» (2015).  Лауреат многочисленных литературных фестивалей и конкурсов.

Сын, Алексей Андреев, 24 года, музыкант и звукорежиссер, живет в Санкт-Петербурге.  Хобби — садоводство, рисование, игра на фортепиано.

— Севастопольская поэзия вашими глазами — она какая?

— Севастопольская поэзия еще не до конца раскрыта своими читателями и слушателями. Поэтам севастопольским, среди которых есть очень много талантливых людей, причем самых разных возрастов, жизненных путей и профессий, далеко не всем досталось счастье быть прочитанными или услышанными. Современные поэты по-прежнему счастливы, когда их стихам посчастливится лечь на бумагу, стать страничкой журнала или книги. Поэзия в Интернете, на литературных сайтах, хотя и находится в открытом доступе, тоже чаще всего достояние узкого круга ценителей, постоянных посетителей этих сайтов. Конечно, сейчас тех поэтов, которые собирали стадионы, как это было у «шестидесятников», нет. Мир стал более рациональным, прозаическим.

— Поэтам не хватает трибун, общественного внимания?

— Нужно понимать, что поэты — личности очень яркие, творческие, но они еще и люди очень своеобразные. Кому-то нужен полный зал, сцена, гул сотен голосов, выступление в большой группе авторов, а кто-то ищет уединения с узким кругом избранных гостей, интимной доверительности, камерности, когда глаза в глаза, не на уровне агитбригады или КВН. В театре Луначарского регулярно собираются барды и поэты, Андрей Маслов приглашает поэтов в «Башню из слоновой кости», но все это так, для своих. Так что в плане трибун и слушателей поэтам Севастополя есть, о чем помечтать.  Поэтов много. Точнее тех, кто пытается писать в рифму. Щедро одаренные люди у нас есть. Жаль, что многие из них — то ли из-за недооценки своего творчества, то ли, наоборот, из-за его слишком высокой оценки — не хотят работать над своими текстами, болезненно относятся к попыткам их редактировать, не воспринимают даже дружеских советов. Сейчас, конечно, жестких канонов уже нет. Но когда слабенький или вычурный, заумный, но очевидно дилетантский стих вам представляют, как шедевр и откровение — это и смешно, и грустно. Бывает и так: с точки зрения техники, стих безупречен. Но он не берет за душу, это просто набор слов. Ни о чем.

— Кто-то, помнится, сказал, что гениев создает Бог, а мастеров воспитывают люди. Не вмешиваясь в Божий промысел, подготовкой мастеров литературы, в том числе поэтов, в Севастополе кто-то занимается?

— У нас, в литературном объединении им. А.Н. Озерова, где я руковожу секцией поэзии, стараются ко всем пишущим относиться по-доброму: что-то показать, подсказать… Самая доброжелательная, доверительная атмосфера.

— У вас в секции много людей?

— Да практически все наше литобъединение. (Смеется). У нас даже те, кто сначала приходят к нам как прозаики, потом становятся поэтами. Нам с нашим ЛИТО им. Озерова повезло. Ведь всегда есть какой-то центр притяжения, какой-то лидер. У нас это Любовь Владимировна Матвеева. Она человек широко и разнообразно одаренный, прекрасный художник-акварелист и, конечно, поэт.

— Мне еще в марте Елена Проскурякова с большим юмором говорила, что литературный Севастополь — монолитно поэтичен, а на прозаиков же большой дефицит…

— Елена Валентиновна делает самое благородное дело, ведет «Академию изящной словесности». Это великая задача, которую она взвалила на свои плечи: научить людей грамотно излагать свои мысли в литературно безупречной форме. Как минимум стартовые знания и навыки она даст. Было бы у начинающего автора то, что других заставит мыслить, чувствовать, сомневаться, сопереживать…

— Вот лично из меня поэт ну совершенно никакой, а прозу я много раз брался писать. И что меня всякий раз отвращало от работы — кому это нужно? Кто это напечатает? А писать для себя, в стол… Это не по мне.

— Я сама рано ощутила тягу к поэзии, наверное, с восьмилетнего возраста. Скажу так: когда слово начинает в тебе биться, как птичка в клетке, его необходимо выпустить на волю — писать, писать, писать. Стихи себе дорогу проложат, не сомневайтесь. Жизнь сама расставит вам периоды и этапы. Кто-то ровно пишет, кто-то рывками, кто-то, как соловей, пел лишь на утренней и на вечерней зорьке… У меня, например, были длительные перерывы, я десять лет не писала стихи… Даже расскажу, что меня остановило. В свое время отправила свои стихи в солидный литературный журнал, их похвалили, но посоветовали — сообразно моим годам — переслать стихи в журнал «Юность». А из «Юности» пришла такая резкая отповедь… Порекомендовали побольше читать классиков. А я к своим восемнадцати годам их уже столько прочитала, что подобный совет мог быть воспринят лишь как злая насмешка. Могу представить, сколько молодых авторов было отброшено такими холодной бестактностью, высокомерной грубостью…  И я десять лет не писала ничего, переключила свою энергию в другое русло. Но когда пришел новый жизненный этап, стихи вернулись. И уже дальше никогда меня не покидали. Подавление в себе творческих стремлений — форма нравственного и интеллектуального самоубийства.

— Вы, конечно, знаете эти слова, которые от частого и неаккуратного употребления уже засалились: «Поэт в России больше, чем поэт». Это теорема или аксиома?

— Это, прежде всего, правда. А правду можно принимать без доказательств или искать доказательства, правде о этого хуже не станет. Если человек действительно наделен поэтическим даром, ему дано и приподниматься над обыденностью, видеть и детали, и всю картину мира в целом. При этом наш поэт — всегда тот человек, который будет бороться с пошлостью, хамством, жестокостью, несправедливостью. Поэт их четче видит. И поэту дано все назвать по имени.

— Мы уже об этой песне говорили с Татьяной Бартковой, но с ней — как с певицей. А хотелось бы спросить автора текста: как родилась песня «Ода Севастополю»?

— Я стихи никогда не писала по заказу. Только по велению души, только от сердца. Кто найдет сайт Стихи.ру — может с моим творчеством, если интересно, ознакомиться. Вообще свои стихи пишу от первой до последней строчки сразу на чистовую, почти без поправок — так и в этом случае было: пришла домой в праздничный майский день, и появилась на волне вдохновения «Ода Севастополю.»  Надежда Хорошавцева, наша севастопольская журналистка, прочитала эти мои стихи — и у нее родилась мелодия. Но вообще-то все было не просто для меня: стихотворение и текст песни все-таки не одно и то же. Но я доверилась и вкусу Надежды Хорошавцевой, и исключительному исполнительскому чутью Татьяны Бартковой и Рустема Вели. И это было верно. Я знаю, что севастопольцам наша песня нравится, что она им полюбилась.  Видела сама: когда эта песня звучит, затихает зал — люди слушают мои слова. Что для поэта может быть большей наградой?  Вообще, конечно, в Севастополе можно быть поэтом. Но не нужно надеяться на то, что твое творчество будет немедленно востребовано… Я, может быть, написала еще бы еще несколько песен, но тут важен и контакт с композитором, и интерес исполнителей, так что пока этот вектор, так скажем, не разработан.

— Если от поэзии перейти к прозе. В вашей жизни начался новый этап?

— Совершенно неожиданно для меня поступило предложение, которое я приняла. Не могла не принять — и как журналист, и как патриот своего города. Работаю в Музее героической обороны и освобождения Севастополя, отвечаю за общественные связи и сотрудничество со СМИ.  Сейчас как раз готовимся к Международному военно-историческому фестивалю «Русская Троя», который обещает быть настоящим праздником, чрезвычайно зрелищным и интересным. Непременно приходите!

Фото предоставлены Ольгой Андреевой

В рамках проекта «Интервью в Севастополе» литературного редактора информационного агентства Игоря Азарова